Нобелевские премии 2026 обсудили в ТОГУ. Ректор и преподаватели разобрали, что стоит за наградами в химии, физике, литературе, медицине, экономике и премии мира.

Как сообщает пресс-служба вуза, Нобелевскую неделю 2026 года в Тихоокеанском государственном университете им. Даниловского (ТОГУ) обсудили те, кто каждый день работает с наукой и учит студентов. Ректор, доктора и кандидаты наук, профессора и доценты объяснили, что стоит за решениями комитета в химии, физике, литературе, медицине, экономике и премии мира.

Химия.

Нобелевскую премию по химии в этом году получили француз Анри Б. Каган (Университет Париж-Юг) и японец Кенсо Соай (Токийский университет науки). Награду им присудили за открытие нелинейных эффектов и автокатализа в асимметрическом органическом синтезе. Проще говоря, они научили мир управлять «закрученностью» молекул.

О значении открытия рассказал ректор, доктор химических наук, профессор высшей школы промышленной инженерии политехнического института ТОГУ Юрий Марфин:

«Стереоселективность– это важный принцип организации биохимии человека и животных, который влияет, или которая определяет необходимость стереоселективного синтеза лекарственных препаратов и других биологически активных веществ, которые используются на практике. Так вот, исследования Нобелевских лауреатов 2026-го года, дали в руки химикам еще один инструмент, еще более точного управления протеканием химических реакций и проектирования конкретных систем с конкретными свойствами. В данном случае, именно для медицины, именно для биохимии. И это прекрасно отражает актуальную тенденцию всех химических исследований».

Многие молекулы в мире существуют в двух зеркальных формах — как левая и правая рука. В науке это свойство называют хиральностью. В живой природе всегда есть строгий отбор: например, все наши аминокислоты — «левые», а сахара в ДНК — «правые».

Раньше, когда химики искусственно создавали какое-то вещество в лаборатории, они неизбежно получали смесь 50 на 50 из «левых» и «правых» молекул. Иногда это приводило к страшным трагедиям. Самый известный пример — талидомидовая катастрофа 1960-х годов. Лекарство, которое выписывали беременным женщинам от токсикоза, содержало обе зеркальные формы молекулы. «Правильная» форма действительно помогала, а вот её зеркальный двойник приводил к тяжелейшим врождённым дефектам у тысяч детей.

И вот, Анри Каган обнаружил удивительный нелинейный эффект. Оказалось, что если добавить в реакцию совсем немного «правильного» катализатора, эта крошечная асимметрия начинает лавинообразно усиливаться и на выходе даёт огромный перевес нужной нам зеркальной формы. А Кенсо Соай создал уникальную реакцию автокатализа. В ней получаемый продукт сам начинал ускорять собственное производство. В 2003 году Соай впервые в истории смог получить в пробирке практически чистую, стопроцентно однородную зеркальную форму вещества без помощи живых организмов.

«Химия похожа на конструктор, и с годами появляется все больше и больше механизмов, инструментов, как этим конструктором управлять», — сказал Юрий Марфин

Благодаря этой научной революции фармацевты во всём мире теперь могут целенаправленно синтезировать только «правильные» и безопасные формы молекул. Это делает современные лекарства в разы эффективнее и защищает людей от опасных побочных эффектов.

Физика.

В этом году премию забрал бельгийско-американский астрофизик Фрэнсис Халзен из Университета Висконсина-Мэдисона. Награду ему дали за создание легендарной ледяной обсерватории IceCube и за то, что он смог выследить космические нейтрино сверхвысоких энергий.

Кандидат физико-математических наук, доцент высшей школы кибернетики и цифровых технологий политехнического института ТОГУ Эллина Вихтенко объяснила простыми словами, почему это открытие — настоящий прорыв:

«Фрэнсис Халзен – фактически отец проекта IceCube. Обсерватория IceCube находится на Южном полюсе в Антарктиде на территории американской антарктической исследовательской станции «Амундсен-Скотт». В антарктическом льду пробурили глубокие скважины и опустили туда на глубину от полутора до двух с половиной километров тысячи стеклянных шаров с датчиками. По сути, куб льда размером километр на километр стал огромным цифровым фотоаппаратом, способным регистрировать слабые вспышки света от пролетающих нейтрино. Сам лед в данном случае является частью научной установки – он работает как мишень и как прозрачная среда для передачи света к датчикам. Халзен с коллегами в обсерватории IceCube смогли «поймать» (зарегистрировать) космические нейтрино – частицы, которые прилетают не от Солнца, а из самых далеких и агрессивных уголков Вселенной: от черных дыр, сталкивающихся галактик и сверхмощных взрывов. Халзен фактически основал новое направление в науке – нейтринную астрономию».

Так что эта «Нобелевка» — признание не только самого открытия, но и инженерного гения людей, создавших этот уникальный инструмент. Кстати, сам лауреат подчеркнул: перелопатить эти колоссальные объёмы данных и разглядеть за ними неуловимое нейтринное свечение Млечного Пути получилось только благодаря алгоритмам искусственного интеллекта.

«Нейтринная астрономия — это наш новый супертелескоп. Теперь мы можем буквально «видеть» и изучать космические процессы, которые раньше были скрыты от любых приборов. Гордимся человечеством и поздравляем Фрэнсиса Хальцена и всю команду IceCube!», — сказала Эллина Вихтенко.

Литература.

В 2026 году Нобелевская премия по литературе присуждена канадской писательнице и антиковеду Энн Карсон (род. 1950) с формулировкой «за ее смелое и новаторское творчество, которое в игровом диалоге с классической традицией создало новые формы для современной литературы». Энн Карсон исследовала античную литературу – Сапфо, Эсхила, Софокла, Еврипида, Катулла; научную и преподавательскую деятельность она совмещала с творчеством; в ее жанровом амплуа – поэзия и поэтические переводы с древнегреческого, эссеистика, романы. Художественный мир её произведений несёт на себе отпечаток постмодернистской эстетики, которой присущи фрагментарность мировосприятия и нелинейность повествования, ирония и диалог с традицией, интертекстуальность, жанрово-стилевая эклектика, многополярность представлений об истине.

О премии и её лауреате рассказали доктор филологических наук, доцент, преподаватель института лингвистики и межкультурной коммуникации ТОГУ, специалист в области русской литературы Ольга Александрова-Осокина и кандидат филологических наук, доцент, преподаватель института лингвистики и межкультурной коммуникации ТОГУ, специалист в области английского языка и английской лингвокультурологии Александр Луговской.

Ольга Александрова-Осокина:

«Нобелевская литературная премия – это самая статусная премия в литературном мире, высочайшая профессиональная оценка художественного мастерства, своеобразный индикатор современных культурно-эстетических тенденций в литературе. Обычно это оценка всего творческого пути писателя-номинанта, а не отдельного произведения – приоритетными при такой оценке являются уникальность тематики, гуманистическая устремленность, новаторство художественной формы. Премия с небольшими временными перерывами вручается с 1901 года. Хочется напомнить, что пятеро российских писателей были удостоены этой награды – Иван Бунин (1933), Борис Пастернак (1958), Михаил Шолохов (1965), Александр Солженицын (1970), Иосиф Бродский (1987).

Вместе с тем Нобелевская премия по литературе отражает не только эстетические, но и идеологические запросы общества, поэтому решения Нобелевского комитета часто вызывают дискуссии в литературном мире: говорят о субъективности, политическом заказе. В любом случае для того, кто следит за тенденциями современной литературы, определение Нобелевского лауреата – это повод обратиться к его творчеству.

В нашей стране Энн Карсон, пожалуй, мало известна широкой читательской аудитории – на русский язык переведено только два её произведения. Одно из них — «Автобиография красного» — доступно в сети интернет. Однако на Западе творчество писательницы популярно: она автор нескольких романов, сборников поэзии и эссе, переведённых на разные языки, лауреат престижных премий по литературе. Её произведения переосмысливаются в других видах искусства: положены на музыку; по мотивам романа «Decreation» («Рассотворение») поставлен балет».

Александр Луговской:

«Оригинальность художественного мира Энн Карсон видится в творческом переплетении тем и мотивов античной и средневековой литературы с современностью. По словам самой писательницы, её путь в филологию начался в 15 лет, когда ей в руки попалось билингвальное англо-греческое издание лирики Сапфо. Осмыслению темы любви в античности была посвящена её диссертация, которую она защитила в 31 год. Название этой работы “Odi et Amo Ergo Sum” («Ненавижу и люблю, следовательно, существую») иронически полемизирует с тезисом Декарта «Мыслю, следовательно, существую». Её культовый роман в стихах «Автобиография красного» проецирует сюжеты античной литературы в современность. Так, связь с античностью, любовь, полемичность с традиционной моралью определили вектор её творческих и научных поисков. Произведения Энн Карсон представляют собой уникальный материал для исследования взаимодействия языков и культурных кодов, демонстрируют, как владение двумя языками (английским и древнегреческим) влияет на художественный метод и расширяет границы литературного языка. Многомерность художественного языка Энн Карсон видится своеобразным вызовом для современных переводчиков, побуждает к поиску форм для полного и адекватного перевода ее творчества на язык другой культуры».

Медицина.

В этом году главную медицинскую награду разделили трое учёных: американец Карл Дейссерот (Стэнфордский университет) и немецкие исследователи Петер Хегеман (Университет Гумбольдта в Берлине) и Георг Нагель (Вюрцбургский университет). Премию им дали за открытие светочувствительных ионных каналов и создание оптогенетики. Если говорить просто, они изобрели «выключатель» для отдельных клеток живого мозга.

О событии рассказал проректор по экономической деятельности, кандидат биологических наук, доцент высшей школы естественных наук, математики и информационных технологий педагогического института ТОГУ Александр Барбарич:

«Мозг человека — это сложнейшая сеть из миллиардов нейронов, и долгое время изучать их работу приходилось буквально "вслепую", воздействуя на целые зоны электрическим током. Оптогенетика полностью изменила правила игры, и самое удивительное здесь то, что ключ к разгадке тайн человеческого мозга учёные подсмотрели у обычной зелёной водоросли — хламидомонады. Перенос её светочувствительного белка в клетки животных — это триумф эволюционной биологии и генетики. Метод позволяет точечно, с точностью до одной клетки, включать или выключать нужные нейроны обычным лучом света. Для медицины это колоссальный шаг вперёд: мы получаем инструмент, который в будущем позволит ювелирно блокировать приступы эпилепсии, компенсировать последствия болезней Паркинсона и Альцгеймера, и даже возвращать зрение, минуя повреждённые глазные рецепторы».

Мозг — сложный биокомпьютер из миллиардов нейронов. Они общаются электрическими импульсами. Долго понять, какой нейрон отвечает за страх, память или движение, не мешая остальным, не получалось. Помогли зелёные водоросли. Хегеман и Нагель нашли каналородопсин — белок, который под светом открывает в клетке «ворота» для зарядов. Дейссерот встроил светочувствительный ген в нейроны живого мозга. Теперь к нужному участку подводят тонкий оптический кабель и включают лазер. Синий свет активирует нейроны, жёлтый — «усыпляет».

Оптогенетика уже совершила революцию в лабораториях по всему миру. С её помощью учёные смогли вживую увидеть, как мозг кодирует память и формирует поведение. Но главное — это путь к лечению тяжелейших болезней. Оптогенетические технологии уже дают надежду на возвращение зрения людям с повреждениями сетчатки, а в будущем помогут точечно «выключать» очаги эпилепсии, гасить приступы шизофрении или восстанавливать двигательные функции при паркинсонизме без тяжелых лекарств и разрушительных операций.

Экономика.

В этом году премию памяти Альфреда Нобеля забрали американские экономисты Роберт Холл (Стэнфордский университет) и Майкл Вудфорд (Колумбийский университет). Награду им присудили за разработку «микроэкономических основ макроэкономической стабилизации». Говоря простыми словами, они создали супермодели, которые помогают Центробанкам и правительствам по всему миру мягко гасить экономические кризисы.

Суть прорыва объяснил Александр Зубарев, директор института экономики и управления ТОГУ, доктор экономических наук, профессор:

«Главная ценность моделей Холла и Вудфорда заключается в возвращении человеческой логики в жёсткие математические формулы. Экономика страны строится на сумме решений миллионов людей, выходящих за рамки абстрактных графиков. Лауреаты доказали: и обычный человек, и крупный бизнес всегда смотрят в будущее. Они принимают решения на основе своих ожиданий. Раньше экономические модели строились на чистой статистике: условно, если выросла инфляция, то потребление падает. Но эта система давала сбои во время сильных потрясений. Холл и Вудфорд совершили революцию — они перестроили макроэкономику, взяв за основу поведение конкретного человека и отдельной компании. Они доказали, что люди и бизнес всегда смотрят в будущее и принимают решения (сколько отложить в копилку, какую цену выставить на товар) исходя из своих ожиданий. Именно благодаря их формулам современные Центробанки научились действовать на опережение. Вместо того чтобы просто судорожно «дёргать за рычаги» в разгар кризиса, власти заранее и открыто объясняют свои планы по процентным ставкам. Это успокаивает рынок, сглаживает пики спадов и помогает спасать рабочие места и наши кошельки от инфляционных шоков».

Премия мира.

Мы попросили прокомментировать решение Нобелевского комитета первого проректора, доктора юридических наук, профессора высшей школы публичного права юридического института ТОГУ Алдара Чирнинова:

«Присуждение Нобелевской премии мира юристу обращает внимание на роль права в обеспечении международного мира и безопасности. Важно понимать, что мир поддерживается не только политическими договорённостями и дипломатическими усилиями. Существенное значение имеют международно-правовые механизмы разрешения споров, защиты прав человека и привлечения к ответственности за наиболее тяжкие преступления. Вместе с тем возможности международного права не следует переоценивать. Наличие правовых норм и судебных институтов само по себе не гарантирует предотвращения конфликтов. Их эффективность во многом зависит от готовности государств соблюдать международные обязательства. На мой взгляд, значение нынешней премии заключается прежде всего в признании того, что правовые механизмы остаются важной составляющей системы международных отношений и одним из инструментов поддержания мира».

Заключение.

Разговор о Нобелевской неделе в ТОГУ — это разговор о том, как фундаментальная наука становится инструментом, меняющим медицину, экономику и наше понимание Вселенной. От «закрученных» молекул, спасающих от побочных эффектов лекарств, до ледяного куба в Антарктиде, ловящего частицы из чёрных дыр, — каждый из этих прорывов начинался с вопроса, заданного исследователем. Шесть номинаций — шесть разных взглядов. Химию и физику в ТОГУ разбирают в Политехническом институте, литературу — в институте лингвистики и межкультурной коммуникации, медицину — в педагогическом институте, экономику — в институте экономики и управления. Для университета нобелевская неделя — рабочий материал. Открытия лауреатов рано или поздно доходят до лекций, семинаров и студенческих курсовых. И разбирают их те, кто сам занимается наукой: доктора и кандидаты наук, профессора и доценты, люди с многолетним стажем исследований и преподавания. Тихоокеанский государственный университет находится в регионе, где наука имеет особую ценность и особый масштаб. Дальний Восток — это территория, где фундаментальные исследования встречаются с практическими задачами освоения огромных пространств, где экономика, экология и технологии требуют нестандартных решений. ТОГУ сегодня — это площадка, где студенты и молодые учёные могут работать с теми же темами, что обсуждались на Нобелевской неделе: от асимметрического синтеза до моделей макроэкономической стабилизации, от нейтринной астрономии до оптогенетики.

Комментируя мировую науку, университет встраивает её в региональную повестку и готовит специалистов, способных внести свой вклад как в развитие Дальнего Востока, так и в глобальный научный контекст. Именно поэтому обсуждение этих наград в стенах университета — это разговор о том, какие вопросы сегодня определяют передний край науки и какие компетенции понадобятся тем, кто придёт в неё завтра.

Если вы хотите участвовать в научных революциях — приходите учиться и заниматься наукой в ТОГУ.

* Нобелевская премия — одна из самых престижных международных наград, учреждённая согласно завещанию Альфреда Нобеля и вручаемая с 1901 года за выдающиеся достижения в области физики, химии, физиологии или медицины, литературы и за деятельность по укреплению мира . Премия по экономике учреждена позже, в 1968 году Государственным банком Швеции, и официально называется премией памяти Альфреда Нобеля . Лауреатов определяют Шведская королевская академия наук (физика, химия, экономика), Каролинский институт (медицина), Шведская академия (литература) и Норвежский нобелевский комитет (премия мира) . Премия присуждается не за конкретное произведение или единичную публикацию, а за вклад, который со временем изменил направление развития области — будь то открытие нелинейных эффектов в асимметрическом синтезе , создание нейтринной обсерватории IceCube , разработка оптогенетики или построение микроэкономических основ макроэкономической стабилизации.